Заметки о книге Т. Клири "Мудрость дзэн. Сто историй пробуждения"

Дзэнский наставник какое-то время жил в уединении высоко в горах к северу от Киото. В память о своем отшельничестве он написал два стихотворения:

        Нет более городской суеты,
        Нет более шумных споров:
        Осенью смотрю на листья, плывущие по воде,
        Весной наслаждаюсь пением птиц на деревьях.

        Весна приходит к людям в мир,
        Являя беспредельную великую доброту;
        Каждый весенний цветок говорит о Будде.
        Как-то вдруг исчез последний снег -
        Мириады форм являют свой лик,
        Все, как одна, в полном согласии.

Заметки о книге Т. Клири "Мудрость дзэн. Сто историй пробуждения"

Искусство искусства

Дзэнский наставник Тэцуо великолепно владел искусством кисти, имя его гремело повсюду, и многие люди приходили к нему учиться. Он часто говорил своим будущим ученикам: "Вы обязаны помнить следующие слова: "Если не хочешь быть зависимым от людского мнения, не позволяй ни похвалам, ни осуждению тревожить твое сердце". Если вы сможете совершенствовать свое искусство, не оставляя в своей груди ничего земного, тогда и сознание, и техника естественным образом вызреют, и в конце пути вы постигнете возвышенное. Вот где дорога от тьмы к свету".

Как-то к Тэцуо пришел с визитом известный ученый-конфуцианец и государственный деятель. Наблюдая за кистью дзэнского наставника, ученый отметил, что каждое движение руки наставника и кисти соответствует классическим принципам каллиграфии.

Когда он сказал об этом вслух, Дзэнский наставник пояснил: "Если рассматривать искусство через призму правильности сознания, то каллиграфия и живопись - одно. Если на картине, которую я рисую, хотя бы один стебель бамбука или один лист дерева чуть-чуть отклоняется от необходимого направления, я разрываю картину на части и выбрасываю ее, а потом откладываю кисть и сажусь в тишине, очищая свое сознание".

Заметки о книге Т. Клири "Мудрость дзэн. Сто историй пробуждения"

Дзэн в повседневной жизни

Ман-ан в письме одному государственному чиновнику писал: "У людей, какой бы образ жизни они ни вели, есть множество вещей, которым они должны уделять внимание. Откуда же у них может взяться свободное время, чтобы весь день тихо сидеть в молчаливом созерцании? Здесь есть дзэнские наставники, которые не сумели развить искусство медитации и сосредоточения; они учат намеренному затворничеству и уединению, избеганию шумных городов, уверяя, что "глубокого сосредоточения в медитации нельзя достичь среди ремесленников, торговцев и крестьян". Тем самым они закладывают семена ошибок в сознание своих учеников.

Люди, слушающие подобные речи, в конце концов начинают думать, что дзэн - это что-то такое, что невероятно трудно исполнить и невероятно трудно практиковать. Они оставляют исток и пытаются бежать, вновь и вновь становясь похожими на сезонных поденщиков. Это поистине печально. Даже если по каким-то причинам они в прошлом имели искренние устремления, они оказываются там, где вынуждены отречься от своего долга перед людьми и своих добродетелей ради пути.

Древние говорили, что, если бы люди стремились к пробуждению с такой же страстью, с какой они обнимают своих возлюбленных, тогда, вне зависимости от того, насколько заняты они общественными делами, вне зависимости от того, насколько богаты их жилища, они бы никогда не утрачивали того сосредоточения, что ведет к появлению Великого Чуда.

Многие люди, и прошлых, и нынешних времен, пробудились к Пути и узрели подлинную природу, не отрываясь от повседневных занятий. Все существа, во все времена и во всех местах суть проявления одного сознания. Когда сознание возбуждено, рождаются всевозможные вещи; когда сознание спокойно, все вещи успокоены. Если сознание не рождено, все вещи безупречны. Вот почему, даже если пребываешь в тихом и уединенном месте где-нибудь высоко в горах и молча сидишь в глубоком сосредоточении, но сознание по-прежнему создает умозрительные образы, ты понапрасну теряешь время.

Страница Дзен содержание

  1. Заметки по лекциям Шэн-янь
  2. Заметки о книге "Поэзия просветления. Поэмы древних чаньских мастеров" Шэн-янь 
 3. Заметки о книге Хуэй Хай "НЕОБХОДИМЫЕ ВРАТА НА ПУТИ К ИСТИНЕ ПОСРЕДСТВОМ МГНОВЕННОГО ПРОБУЖДЕНИЯ" 
4. Заметки о книге "Пять домов дзен" 
5. Заметки о книге Дайсэцу Тайтаро Судзуки "Основы дзэн-буддизма"

Заметки о книге Т. Клири "Мудрость дзэн. Сто историй пробуждения"

Дзэн в делах

Дзэнский наставник Ман-ан писал одному мирянину, изучавшему дзэн: "Если хочешь быстро овладеть всеми истинами и сохранять независимость в любой ситуации, нет ничего лучше, чем концентрация в делах. Вот почему сказано, что ученики, постигающие тайну и Путь, должны пребывать в средоточии материального мира.

Третий патриарх дзэн говорил: "Если хочешь следовать Единому Пути, не питай отвращения к объектам шести чувств". Это не значит, что следует погрязнуть в объектах шести чувств; это значит, что следует все время сохранять правильную установку сознания и в повседневной жизни не привязываться к объектам шести чувств, но и не отвергать их, подобно тому, как утка ныряет в воду, но перья ее не намокают.

Если же, напротив, ты презираешь объекты шести чувств и стараешься избегать их, ты вступишь на путь ухода от мира и никогда не обретешь природу Будды. Если четко различаешь сущность, объекты шести чувств сами становятся сосредоточением, чувственные желания сами становятся Единым Путем, а все вещи превращаются в проявление Реальности. Вступив в сферу величайшей безмятежности, нераздираемые движением и покоем, тело и сознание свободны и легки".

Заметки о книге Т. Клири "Мудрость дзэн. Сто историй пробуждения"

Сознание и сущность

Исида Байган был основателем школы Сингаку - общества, вдохновленного идеями дзэн-буддизма. Говорили, что вплоть до пятидесятилетнего возраста лицо Байгана выражало неудовольствие, когда что-либо было неприятно ему. Однако после пятидесяти признаки удовольствия или неудовольствия никогда не появлялись на его лице. Когда Байгану исполнилось шестьдесят, он сказал: "Теперь я обрел покой".

Кто-то спросил его: "Сознание и сущность различны?"

Байган ответил: "Сознание включает в себя сущность и чувство; в нем есть движение и покой, сущность и проявление. Сущность есть содержание, она пребывает в покое; сознание, которое движется, есть проявление. Если говорить о сознании в смысле сущности, то в чем-то оно похоже на сущность; сущность сознания - это несознание до тех пор, пока сознание не потревожено; сущность - тоже несознание. Сознание - сфера энергии, сущность - сфера непостижимого. Точно так же, как луна отражается даже в мельчайшей капельке росы, непостижимое присутствует во всех вещах, хотя оно и не поддается восприятию".

Заметки о книге Томаса Клири "Мудрость дзэн. Сто историй пробуждения"

Сидеть в медитации

Кто-то спросил великого дзэнского наставника Банкэя о практиковании дзэн. Банкэй ответил: "Медитация - это достижение гармонии с неизъяснимой мудростью, сокрытой в каждом еще прежде, чем сознание окажется вовлеченным в размышления и различения; сидеть в медитации - значит устраниться от всех внешних объектов. Просто закрыть глаза и сидеть - не это называю я "сидеть в медитации"; ценным можно считать только такое практикование медитации, когда практикующий пребывает в гармонии с непостижимым знанием.

Причина загрязненности в том, что человек, руководствуясь мыслью, блуждает по порочному кругу заблуждений. Когда возникают плохие мысли, он становится деспотом; когда возникает жажда чего-либо, он превращается в животное; когда он цепляется за вещи, он уподобляется голодному демону. Если до своей смерти человек не откажется от всего этого, он навсегда увязнет в порочном круге, будет цепляться за всевозможные формы и вечно метаться в потоке рождения и смерти.

Когда человек отстраняется от мыслей, загрязненности нет, а значит, нет ни причины, ни следствия. Раз нет ни причины, ни следствия, нет и движения по порочному кругу Пока сознание порождает мысли, то если человек отдает предпочтение хорошим мыслям, появляются хорошие причины и хорошие следствия; если же человек делает зло, возникают плохие причины и плохие следствия. Но если он отстранился от мыслей и обрел гармонию с высшим знанием, нет ни причин, ни следствий рождения и смерти.

Когда я говорю так, может показаться, что речь идет о видимости "ничего", но это не так. Причина того, что это не "ничто", в том, что, когда я говорю, вы слышите меня. Даже если вы и не думаете о том, чтобы слышать, поскольку изначальное знание, сокрытое в каждом, обладает способностью знать, вы в состоянии ясно слышать меня. Когда вы прикасаетесь к огню или воде, вы узнаете их жар или холод, но ведь никто не учится чувствовать жару и холод.

Речь идет о действии, запредельном для мысли, поэтому, даже если нет никаких мыслей, это нельзя назвать "ничем". Это внутреннее высшее знание проникает во все, без всякой вовлеченности в представления о наличии и отсутствии, подобно тому, как незамутненное зеркало четко отражает образы вещей. Так что зачем здесь какие бы то ни было различающие мысли?

Различающие мысли появляются из-за того, что есть загрязненность. Когда человек достигает уровня неразличающего знания, он проникает в суть вещей и распознает их еще до того, как возникнет различающая мысль, так что в конечном счете нет никакой загрязненности. Вот почему так ценно неразличающее знание.

Поэтому сидеть в медитации, обладая при этом неподдельным непостижимым знанием, есть высшая форма практики.